Геродот

Укбар, Игра



Посвящается удивительным людям,  своим примером

доказавшим  возможность невозможного:

глухому музыканту и композитору Людвигу ван Бетховену,

слепому писателю и библиотекарю Хорхе Луису Борхесу и

практически парализованному художнику Борису Михайловичу Кустодиеву

Изучая «Обычаи, нравы и верования древнего Укбара[1]» Теодора Клуза, встречаешь описание ежегодного праздника «Сбора плодов», а также краткое упоминание о сопровождавших его неких публичных Играх.

Из-за несоответствия календарей укбарских, коих было изобретено множество, календарю григорианскому, время празднеств можно лишь примерно отнести к середине-второй половине октября. Разумеется,  точные даты проведения праздника установить сейчас невозможно, да и сами укбарцы, похоже, не предавали этой точности большого значения: празднование могло начаться, как чуть раньше обычного времени, так и значительно позже, например, уже при наступлении первых заморозков.

Сразу требуется отметить, что сам по себе этот осенний праздник не был чем-то особенным в сравнении с аналогичными мероприятиями у большинства других земледельческих народов. Он полностью соответствовал своему названию и служил способом отметить окончание тяжелого сельскохозяйственного года.

Однако Игры, проводившиеся в честь праздника и по окончании его, представляли совершенно уникальное явление, выделяющее Укбар из ряда других древних культур. Именно об этих Играх, мы и поведем далее свой рассказ.

Геродот в своей «Истории» небезосновательно указывает[2] на определенную схожесть Игр с пифийскими и даже олимпийскими агонами. Но в отличие от последних, укбарские игры объединяли не только спортивные, духовно-философские соревнования или артистические искусства, но и предоставляли широкое поле для компетиций в областях ремесленнических и даже сельскохозяйственных. В связи с этим, также уместно говорить о следах раннего зарождения гильдий и цехов, о чем упоминает Иоганн Шпалер в «Истории промышленности». (далее…)