III. Входные данные


Матрица– Кто там? – мрачный Илюха спросил в домофон.
– Это Инга, – из трубки донесся ангельский голос, услышав который, Илюха немедленно растерялся и промямлил:
– А-а-э-м-машки нет дома… Тьфу, то есть, М-маришки.
– Чего-чего? – удивилась трубка. – Это Инга, я к Марине пришла!

В очередной раз столкнувшись с этой длинноногой блондинкой, Илюха начал путаться в словах, стесняться и краснеть. Чувствовал он при этом себя невероятно глупо, ведь разговаривая по домофону, Илюха не мог даже увидеть девушку во всей её красоте. Зато он хорошо помнил её лицо, фигуру и вообще…

– Сестры нет дома, – собирая волю в кулак исправился Илюха, – она ушла в парикмахерскую.
– Я знаю. Но она скоро вернется, – проворковала Инга, – и просила меня подождать у вас дома. А потом мы с ней пойдем в «Галлерею»!
– Ладно, заходи… – сдался Илюха и нехотя нажал кнопку домофона.

Что с Ингой делать дальше, он не знал. В самом деле, не показывать же ей свою комнату, где над кроватью висят черно-белые портреты Кена Томпсона и Денниса Ритчи, а на противоположной стене красуются цветные фотографии Зены – королевы воинов и Эльвиры – повелительницы тьмы? Впрочем, свои почти свежие носки Илюха решил, на всякий случай, убрать со стола под кровать.

«Со стороны Маринки, вот так просто взять и сбежать в салон – не слишком красивый поступок. Но оставить вместо себя младшего брата-ботаника – просто высший пилотаж! Видимо, это её маленькая месть за то, прошлое недоразумение в кинотеатре… – думала Инга, поднимаясь в заплеванном лифте. – И все же, это немножко уж слишком чересчур! Илья, ведь, совсем еще ребенок, хоть и учится в одиннадцатом классе… Чего доброго, начнет демонстрировать мне свою комнату и любимые игрушки!»

Переминаясь с ноги на ногу всклокоченный очкарик Илюха ждал в дверях.

«Вылитый ботаник», подумала Инга, выходя из лифта.

– Привет, – сказала она и одарила парня одной из самых своих обворожительных улыбок.
– Привет, – ответил тот, стараясь никуда не смотреть, – проходи…

Обдав Илюху ароматом духов, Инга процокала в полутемную прихожую и остановилась:
– Я не хотела мешать… Я только Маринку подожду… – начала оправдываться гостья, – это всё она так придумала…
– Ничего страшного, – буркнул Илюха. – Э-э-э…

«Предложить ей тапочки или нет? А вдруг обидится, что я заставляю её снять туфли? Или подумает, что я пялюсь ей на ноги?» – судорожно соображал в это время Илюха.

– Я – босиком. Ладно? – Инга скинула босоножки. – Не люблю в тапках.
– Э-э-э, ладно. Как хочешь… – Илюха закончил экать и поймал себя на том, что разглядывает её ноги.

Повисла пауза, во время которой Илюха почувствовал, что снова краснеет. Тогда, испугавшись неловкости момента, он из последних сил сосредоточился и, неожиданно для себя выдал:

– Пойдем сюда. Вот это моя комната…

«И зачем я сюда поперлась? Могла бы и внизу спокойно подождать. Погода хорошая и воздух свежий и вообще… – сокрушалась Инга на пути в комнату Илюхи. – Нет, чтобы на кухню хотя бы пригласил… Так. Компьютеры, книги, компьютеры, снова компьютеры, какая-то электроника, еще книги… Маришка говорила, что он типа хакер какой-то… Боже! А это еще что такое?! На одной стене он не постеснялся и вывесил фотки каких-то двух перезрелых мымр, а с другой стороны на них похабно пялятся бородачи совершенно ботанического вида… Ну, ладно, этот – допустим Достоевский, а второй… ну, не знаю, Эйштейн что-ли… Точно, он самый – Энштейн: бородища-то вон, как растрепана».

– Это Кен Томпсон и Деннис Ритчи, – пояснил Илюха, перехватив взгляд Инги. – Они авторы знаменитой операционной системы UNIX.

– А-а, ясно, – сказала Инга, хотя, что такое UNIX ей было совершенно не понятно. – У тебя тут столько компьютеров… Ты – хакер?

– Ну, не то что бы совсем… – ответил Илюха скромно улыбаясь, – хотя бывало, конечно, раньше иногда… Но, сейчас я занимаюсь совсем другим делом. Проект «Вселенная» называется… Удивительная штука! Если хочешь, могу рассказать…

– Расскажи…

«Ну и зачем? Зачем я её сюда притащил? И как её теперь увести? Эх, надо было сразу на кухню. Чай предложить… Хорошо, хоть носки из-под кровати почти не торчат, – Илюха ощутил новую волну паники. – И зачем я только вспомнил про «Вселенную»? Идиот!»

– Будешь чай? – нашелся он. – С печеньками?
– Буду! – обрадовалась Инга.
– Тогда я на кухню и чайник поставлю. Или лучше вместе пойдем?

Пошли на кухню. Илюха начал суетиться: расставлять чашки, кипятить чайник. Достал вазочку с окаменелыми печеньями, спрятал её обратно. Поражаясь собственной хозяйственности, нашел зефир в шоколаде и конфеты с цитроновой начинкой. Всполошился и достал ложечки, сахар, налил кипяток. Все это время он с воодушевлением рассказывал Инге о UNIX, проекте «Вселенная» и его гениальных авторах.

«И тут его прорвало! Натурально, он даже чай забывал прихлебывать от восторга. Битый час уже долдонит мне про свой этот дурацкий «юникз», да всякие прочие компьютерные программы… Вон, глаза как блестят, волнуется. Будто разрыдаться уже готов от счастья. Вселенная то, вселенная сё – ботаники рехнувшиеся… Врач этот зубной со своим подвалом, явно нездоровый… Племянник ещё какой-то… – Инга с безнадежностью заключенной, нащупала взглядом часы на засаленных обоях кухни. – Половина четвертого… а Маринка обещалась вернуться к трем. Ну, и влипла же я, дура…»

– … и они, совместно, с MIT сделали этот проект открытым. Теперь любой желающий может стать разработчиком и войти в команду. Сейчас над «Вселенной» трудятся сотни энтузиастов! А сначала-то, представляешь, ему никто не верил, сумасшедшим называл! – бубнил Илюха. – Вот и я теперь там тоже принимаю участие.

– Потрясающе, – сказала Инга.
– Ага! И знаешь что?! – Илюха округлил безумные глаза. – Мне удалось решить одну из главных проблем «Вселенной»!

«Он точно псих! – обреченно подумала Инга. – А Маринка – коза драная! Никогда ей этого не прощу!»

– Ничего себе, – сказала она вслух.
– Да, уж! – Илюха победоносно погрозил пальцем. – Можно сказать, я обманул законы мироздания! Сейчас я тебе все расскажу!

Инга только кивнула. Не бежать же из этого дома отбросив стул и надевая туфли? Или все же бежать? А Илюха, между тем, шумно отхлебнул горячий чай и продолжил лекцию:

– Пожалуй, одним из самых основных законов этой модели Вселенной является принцип невмешательства. Никто не может непосредственным образом повлиять на события или изменить объекты внутри «Вселенной». Единожды созданная, «Вселенная» развивается по своим законам и единственное воздействие, которое может совершаться извне – взгляд наблюдателя! Более того, всё устроено так, что при любом вмешательстве со стороны, «Вселенная» развалится как карточный домик. Она просто перестанет существовать! – Илюха вперил пристальный взгляд прямо в глаза Инги, а потом продолжил. – На это все и завязано! Обрати внимание: возможно только пассивное наблюдение, а не активное действие! Но я смог преодолеть это ограничение…

Мы большую часть этого монолога смело пропустим мимо ушей: она изобилует скучными техническими подробностями, научными терминами и плохо замаскированным хвастовством. А вот Инге пришлось, все это вытерпеть. Её чай давно остыл, а конфеты оказались невкусными. Изнывая от скуки и стараясь не уснуть, она от безысходности ковыряла лакированным ноготком шоколадный панцирь зефирки и строила планы коварной мести.

Илюха же продолжал самозабвенно рассказывать, как ему одному во всем целом мире пришла в голову мысль сделать фильтр на случайные события «Вселенной» и просто отвергать те из них, что не приводят к желаемому результату. Проведя несколько утомительных недель за компьютером, Илюха написал «элементарный», как он любил выражаться модуль, позволяющий задать и, в конечном итоге, дождаться формирования необходимой конфигурации вещества в указанной точке пространства-времени этой модели вселенной.

«Это даже хуже, чем на лекциях по «Логике», – от воспоминаний о предикатных символах арности, которые она изучала на первом курсе института, Ингу всю передернуло, от чего она звонко стукнула ложечкой о край чашки.

– Ты чего? – прервался Илюха.
– Случайно…
– А-а-а… Ну, тогда слушай, я еще не рассказал тебе самое главное!

Однако из прихожей донесся спасительный звук открываемого замка: наконец-то вернулась Маринка. Обрадовавшись, Инга моментально простила злую выходку своей подруги. На ходу прощаясь с болтливым школьником, она выпорхнула из-за стола и устремилась к выходу.

Илюха последовал за ней, торопливо досказывая свою историю:

– Представляешь, – говорил он, – это же как «Матрица», помнишь фильм такой? А я теперь там как Нео – могу все, что угодно! И даже больше, я там как самый настоящий Бог!

Илюха от восторга глупо захихикал, а Инга попыталась вспомнить фильм. Что-то фантастическое про злых «агентов», стрельбу и драки в замедленной съемке.

– И что, они нас всех туда подключат? – спросила она в дверях.
– Куда? – не понял Илюха.
– Ну, в «Матрицу», роботы всех подключают…
– Ты идешь? – прервала их диалог Маринка. – Или хочешь здесь остаться?
– Бегу! – ответила Инга и скрылась за дверью.

Илюха услышал приглушенное «пока» и гулкий цокот двух пар босоножек по щербатому кафелю лестничной площадки.

– Нет, что ты! Никаких роботов! Это же совсем разные вещи! – крикнул Илюха в закрытую дверь. – Эх! Так и не успел рассказать ей все до конца. Ладно, в следующий раз, наверное.

Илюха вернулся в свою комнату и, стараясь не сильно расстраиваться из-за ухода Инги, включил терминал, где уже несколько недель подряд он тестировал свой новый программный модуль. И, вот, что интересно, Илюха действительно добился того, что из хаоса случайных событий, он смог вычленять только те, что требуются ему одному. Имея такой мощный инструмент, он, теоретически, мог создать в виртуальной вселенной все, что угодно.

Повинуясь внезапному порыву, он внес в код программы несколько небольших изменений. Теперь при каждом запуске модуля, он будет делать не только ту работу, которую от него требует запускающий программу, но и кое-что еще: безопасное и, на первый взгляд, незаметное. И пусть это будет маленьким подарком для его любимой девушки.

Эта забавная история имела неожиданное продолжение. Примерно через полтора миллиарда лет, после указанных событий, на одной из безымянных планет у края вселенной в среде разумных аборигенов развился культ Имени Бога. Теологи одного из многочисленных племен стали утверждать, что видят, знают и могут воспроизвести непереводимое Истинное Имя Бога. Ибо оно немедленно воплощается во всем, от камней, до деревьев и звезд, куда Он обращает свой пристальный взгляд et nunc, et semper, et in saecula saeculorum. И Имя Его есть «Я люблю тебя, Инга!»

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s